21.05.2022

Евромайдан SOS: честные ответы на самые распространенные вопросы об АЗОВ на Западе

Неонацистский полк/бригада/батальон “Азов”?

1. Неформальная преамбула. Я вынужден рассказывать об “Азове” иностранным журналистам из разных стран, от Индии до Бразилии, почти каждый день. Сейчас, на фоне ужасной гуманитарной ситуации в Мариуполе, который героически защищают “азовцы”, я довольно эмоционально реагирую, когда разговор начинается, скажем, с вопроса “насколько на самом деле “Азов” является угрозой?” Однако следует помнить, что скорее всего человек не виноват в том, что он чего-то не знает, не понимает или не умеет критически анализировать информацию. То, что она спрашивает, следует, на мой взгляд, воспринимать как сознательное приглашение к просвещению, которым следует воспользоваться.   

Прежде всего, когда кто-то – например, журналист – спрашивает полк “Азов”, мне кажется, стоит узнать, что он вообще знает об “Азове”, откуда он это знает, и почему собственно возникает вопрос относительно этого подразделения Нацгвардии . Среди западных журналистов и всех, кто считает, что что-то об “украинском кризисе” знает, вопрос об “Азове” возникает почти всегда. Однако, если расспросить, мало кто может даже артикулировать, что их беспокоит, и откуда взялись основания для этой озабоченности. 

Зачастую приходится иметь дело с двумя вариантами: а) все говорят об “Азове”, все медиа пишут; б) его упоминают в контексте “денацификации” россияне. В первом случае, по моему мнению, следует ограничиться констатацией, что медийный ажиотаж подпитывает сам себе: медиа пишут об “Азове” именно и в большинстве случаев только потому, что медиа пишут об “Азове”. Это просто обсессия, на которую не следует реагировать.  Во втором –  четко артикулировать нелепость мысли о том, что любые утверждения Кремля имеют какую-либо основу. Никто в здравом уме не будет искать оснований для российских утверждений о биолабораториях, производящих оружие, способное поражать только этнических россиян. Если министр иностранных дел России утверждает, что Россия не нападала на Украину – никто не будет проверять, действительно ли в Украине едет какая-то война. Западной аудитории следует просто привыкнуть к мнению, что Россия и ее официальные лица лгут, просто лгут, без всяких оснований, каждый раз, когда открывают рот. Понять это западного человека трудно, но необходимо.

В обсужденных случаях имеет смысл ограничиться констатацией, что “Азов” – одно из подразделений украинской Национальной гвардии, которое прямо сейчас, когда вопрошающий удовлетворяет свое любопытство, защищает мирных жителей Мариуполя от уничтожения. Чаще это будет вполне достаточный ответ. К деталям, обсуждаемым ниже, имеет смысл входить только тогда, когда запрашивающий действительно что-то знает обсуждаемый предмет.  

Итак, краткий ответ на вопрос – нет, “Азов” не неонацистский полк.

  1. Все участники полка неонацисты?

Конечно, нет. В рядах Национальной гвардии, так же, как и в рядах Вооруженных сил Украины, вообще нет подразделений, созданных по идеологическому признаку. 

Единственная возможная идеология подразделения Национальной гвардии – это Дисциплинарный устав. В котором, кстати, зафиксирована обязанность “уважать права, честь и достоинство человека” и “воздерживаться от высказываний и действий, нарушающих права человека или унижающие честь и достоинство человека”. 

Ответствуя не только с формальной точки зрения, могу добавить, что среди основателей и бойцов «Азова» изначально были люди с неонацистским бекграундом и ультраправыми взглядами. Однако далеко не все основатели батальона имели подобный бекграунд. Среди первых бойцов Азова, например, была группа активистов Автомайда, среди которых даже несколько этнических евреев (и по крайней мере один гражданин Израиля), например. Большинство ультраправых бойцов покинули полк к концу 2014 года. Остальные праворадикалы, откровенно артикулированные свои взгляды, были сознательно «вычищены» новым командованием полка в 2017 году. В последние годы вообще нет никаких   оснований для обвинений в том, что в полку “Азов” служат неонацисты.

  1. Это парамилитарная или официальная структура? 

“Азов” – это Отдельный отряд специального назначения Национальной гвардии Украины (в/ч 3057), официальное государственное подразделение в ведении Министерства внутренних дел. Более того, в отличие от некоторых добровольческих подразделений, созданных в 2014 г., “Азов” никогда не являлся неофициальным отрядом – изначально он был в структуре ВМС. Поэтому ошибкой является называть “Азов” militia на английском, как это часто делают.  

  1. Кто служит в Азове?

Желающие защищать Отечество и его народ и прошли конкурсный отбор (желающих много, поэтому “Азов” может позволить себе выбирать).

В “Азове” проходили и проходят службу украинцы разного этнического происхождения (в том числе русские, евреи, крымские татары и т.д.), религиозных и политических взглядов. Никаких ограничений в этом смысле нет. Как признаются руководители подразделения, большинство личного состава – русскоязычные.   

  1. Руководитель far-right партии Национальный Корпус  – глава Азова?

Конечно, нет. Действующим военнослужащим в Украине вообще запрещено членство в политических партиях, потому что защита отечества – вне политики и выше партийных интересов. 

Председатель политической партии Национальный корпус Андрей Белецкий, действительно приобщившийся к созданию подразделения и в значительной мере с правом считающийся его учредителем, возглавлял “Азов” только несколько месяцев летом – в начале осени 2014 года, после чего вернулся к политической деятельности. Конечно, он поддерживал (и поддерживает) определенную связь с собственным “детищем”, собирал средства на лечение и реабилитацию раненых бойцов, активно привлекал бывших собратьев к собственным политическим проектам или коммерческим структурам (прежде всего, частным охранным предприятиям), но не октября 2014 года он вообще не имеет формального отношения к подразделению.  

  1. Национальная Жена – часть полка Азов?

Нет. Национальные Жены – это общественная организация, кстати, уже почти два года не активна. К полку Нацгвардии она не имела никакого прямого отношения. 

Правда, Нац.Дружины возглавлял Игорь Михайленко, который был преемником Андрея Белецкого на посту командира полка.

  1. Полк Азов – боевое крыло Национального Корпуса?

Конечно, нет. Прямого отношения к полку политическая партия не имеет. Полк существует отдельно от партии не только формально, но и по существу. Вооруженные силы Украины и Национальная гвардия – вне политики. 

Однако создание “Азова” – это то, чем Андрей Белецкий гордится больше всего. Именно участие в АТО, освобождение Мариуполя и успешный пиар полка сделали А.Билецкого известным и популярным, обеспечили избрание в парламент и присутствие в медиа. Поэтому Белецкий пытается эксплуатировать “торговую марку” “Азова” в политической жизни. Первый его политический проект после возвращения в общественную жизнь в октябре 2014 года даже назывался Гражданский корпус “Азов”. Белецкий с удовольствием вовлекает ветеранов полка в членство в партии Национальный корпус, а совокупность общественных организаций вокруг партии называет “азовским движением”. Некоторые неформальные связи продолжают поддерживаться. Но речь идет скорее о публичной легитимации и конвертации определенного социального капитала, заработанного в АТО, в политический. Так же поступали другие публичные деятели, которые стали известны широкой общественности именно как основатели добровольческих формирований – например, первый командующий батальоном “Донбасс” Семен Семенченко. 

  1. Считается ли организация экстремистской?

Считается – в Российской Федерации, в которой, как известно, фейсбук и инстаграммы считаются экстремистскими ресурсами. 

Правда, можно вспомнить, что несколько лет назад в Соединенных Штатах обсуждалась инициатива признания “Азова” зарубежной террористической организацией. Тогда на фоне роста ультраправого террора в стране конгрессмены решили впервые показательно внести в перечень таких организаций некую зарубежную группу “белых супремасистов”, как называют в Штатах ультраправых (ранее в этом перечня были только исламисты, некоторые национальные сепаратистские движения и леворадикалы). Однако инициаторы, руководствовавшиеся образом, созданным СМИ, даже не понимали, что речь идет об отряде государственного органа, а не о неформальной парамилитарной группе. После разъяснения об этой инициативе забыли, а первой группой “белых супремасистов”, внесенной в перечень террористических, стало Российское имперское движение.      

9. Члены организации участники военных преступлений?

Как известно, только суд определяет, является ли человек преступником. Однако в том, что касается военных преступлений, совершенных в ходе вооруженного конфликта, все сложнее. Даже Владимир Путин и Сергей Шойгу не признаны военными преступниками, по крайней мере, пока. 

Если переформулировать вопрос “есть ли достоверные основания предполагать, что бойцы Азова могут подозреваться в совершении военных преступлений”, то ответ будет утвердительным. Есть основания полагать, что отдельные бойцы в 2014 году нарушали законы и обычаи войны по отношению к гражданским лицам. Однако такие случаи не носили системного характера, а лица, вероятно совершавшие преступления, оставили ряды подразделения позже в 2015 году. Кроме того, следует добавить, что есть основания утверждать, что спорадическое нарушение законов и обычаев войны в 2014 году имело место почти в любом подразделении. Более того, согласно известной информации, в   “идеологических” формированиях, таких, как “Азов” или Добровольческий украинский корпус “Правый сектор”, таких нарушений было меньше, чем в “обычных” (например, печально известный батальон “Торнадо”). Кажется, самым большим нарушителем прав человека в зоне АТО со стороны контактной линии, подконтрольного правительству Украины, вообще была СБУ. Тем не менее, объем нарушений не выдерживает сравнения с кровавым беззаконием со стороны пророссийских вооруженных формирований на временно оккупированной территории.

10. Азов выступает за чистоту белой расы?

Нет, никогда. За это не выступает даже политическая партия “Национальный корпус”. Так, Андрей Белецкий лично допускал расистские высказывания в 2006 – 2010 годах. Однако даже в неформальном общении никаких подобных высказываний от него не было зафиксировано с как минимум с начала 2014 года. 

11. Азов проводит факельные ходы?

Никогда не задавал себя таким вопросом – так же, как и вопрос, играет ли “Азов” в пинг-понг. Не уверен, что на это действительно следует обращать внимание. Это никак не характеризует ни деятельность, ни характер идеологии. В Осло факельной походкой вспоминали жертв теракта белого супремасиста Андерса Брейвика. В Москве факельной походкой отмечают победу над нацизмом. Факельное шествие практикуют общество Красного креста в Италии и военные в Германии, практиковали советские коммунисты и пионеры, в конце концов.

12. Азов глорифицирует нацистскую идеологию?

“Мы презираем нацизм и сталинизм”, утверждается в одном из последних постов в официальном телеграмм-канале подразделения (от 28 марта). Кстати, на русском.  

13. Азовцы проводят военные преступления в Мариуполе (как история о 2014, так и с 24 февраля отдельно);

Как уже было отмечено выше, частные случаи с определенной вероятностью могли иметь место. Однако такие проявления никак не носили (и не имеют) системного характера.  Мониторинговая миссия ООН по правам человека, которая присутствовала в Мариуполе до конца февраля 2022 г. (и продолжает работать в Донецке), таких случаев вообще не зафиксировала. Убедительные доказательства таких преступлений не предоставила даже российская сторона. 

Впрочем, какие-либо гипотетически возможные нарушения со стороны “Азова”, защищающей мирных жителей от агрессора, даже теоретически не могут идти ни в какое сравнение с авиаударами по роддому или драматическому театру, в котором скрывались женщины и дети. На фоне стертого с лица земли города с 400-тысячным довоенным населением никакие российские обвинения защитников Мариуполя вообще не заслуживают даже упоминания. 

Итак, если все так очевидно, то почему западная аудитория продолжает выражать обеспокоенность “Азовом”?   

Есть три ответа на этот вопрос.

Во-первых, ультраправый и в некоторых случаях неонацистский бекграунд части учредителей “Азова” – правда. Частично это отразилось на эмблеме “Азова”. Да, в деятельности “Азова” это никоим образом не отражалось. Например, в Мариуполе была довольно большая еврейская община, функционировала синагога, которая за восемь лет ни разу не столкнулась с проблемами ни с одним бойцом “Азова”. Аналогичная ситуация и с мусульманами в городе или большой (около 100 тыс.) греческой общиной. Наибольшей опасностью для этнических общин Мариуполя, как и всех жителей города, стало неизбирательное применение тяжелого оружия по объектам гражданской инфраструктуры со стороны российских агрессоров. Но то, что основатель “Азова” Андрей Белецкий годами продолжал эксплуатировать название полка при создании новых политических проектов националистического толка, дополнительно запутало внешнего наблюдателя.

Надеюсь, сделанный подробный разбор вопросов по “Азову” поможет разобраться в этом вопросе. 

Но есть еще два фактора. 

Во-вторых, к созданию образа преступного неонацистского “нацбата” причастна российская пропаганда. Она не пренебрегает откровенной ложью, но используя определенные объективные факты (например, эмблему полка и политическое прошлое его основателей), она смогла создать впечатляющую картинку. Эта картинка виртуальна, но не стоит недооценивать русскую пропаганду. Она системная, профессиональная и удивительно убедительная, особенно в западном обществе, не привыкшее к столь откровенной лжи. Западное общество склонно отказываться от черно-белого видения мира и рассматривать более сложные модели. Для него свойственно искать правду где-нибудь посередине  между полярными точками зрения. А правда, как говорил Адам Михнык, не лежит посредине, она лежит там, где лежит. 

Ну и напоследок – самое неприятное. Любая пропаганда работает только тогда, когда люди готовы поверить в нее. Человеку кажется убедительным то, с чем он и так внутренне согласен.  Западу удобно убаюкивать себя байками о том, что все сложно и неоднозначно, потому что в таком случае можно ни во что не вмешиваться без упреков со стороны чувствительной совести. 

Один из факторов, обуславливающих живучесть мифа об украинском фашизме, заключается именно в том, что он выгоден не только России. Это прекрасный аргумент, чтобы ничего не делать, наблюдая, как Украина борется в одиночку с превосходящим врагом, и не испытывая особого сострадания к погибающим в неравном бою бойцам того же “Азова”, из последних сил защищает Мариуполь. И именно потому, а не только потому, что это неправда, миф об украинском фашизме должен умереть как можно быстрее.   

Подготовлено: Вячеслав Лихачев – израильтянин родом из России. Историк, политический аналитик. Член Экспертного совета Центра гражданских свобод. Руководитель Группы мониторинга прав национальных меньшинств. В течение пятнадцати лет руководит программой мониторинга преступлений на почве ненависти в Украине. Более двадцати лет изучает ксенофобию и ультраправые движения на постсоветском пространстве. Автор книг “Нацизм в России”, “Правый экстремизм в Украине: феномен “Свободы”, исследовательских докладов “Правые радикалы с обеих сторон российско-украинского конфликта” [The Far “Праворадикальный экстремизм как угроза украинской демократии”, и др. Активно занимался вопросами сохранения еврейского историко-культурного наследия. Буковины (Черновцы) Работал в Музее истории Холокоста в израильском Национальном мемориале памяти жертв Катастрофы и героизма Яд ва-Шем (Иерусалим).

Назад
Попередня Наступна