ccl.org.ua@gmail.com Київ, вул. Басейна 9Г, офiс 25, 28 Пошук

Александра Романцова

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого. 1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более 50 арестов.

Источник, 19/03/2017

У Жанаозеня-2011 и Майдана-2014 много общего

Сентябрь 5, 2014

Премьеры документального фильма «20» о событиях на киевском Майдане 20 февраля 2014 года прошли уже в трех столицах бывших союзных республик – Бишкеке, Алматы и Москве. Впереди – Европа. Как встречают фильм? Своими впечатлениями поделилась Саша Романцова — сотрудница Центра Гражданских Свобод, который вместе с проектом «ЕвроМайдан-SOS» и организовал премьеры фильма.

Портал «Республика» уже рассказывал о том, как прошел первый показ фильма «20» в Алматы (смотрите подробнее материал «Одни сутки из жизни киевского Майдана»). А сегодня, после того, как премьера прошла уже даже в Москве, журналисты поинтересовались у организаторов просмотра, как встречали произведение украинских кинематографистов в странах СНГ. И вот что нам рассказали.

— Александра, как появился на свет фильм «20»?

— Фильм был создан совместными усилиями общественной инициативы «Евромайдан SOS»,интернет-телевидения Ukrlife.TV и Украинского Хельсинкского союза по правам человека. Команда из восьми человек: правозащитников, журналистов, постановщиков и режиссера — Максима Спасова — работала с февраля и представила в Киеве готовый фильм 22 апреля этого года. Сама идея появилась не в результате какого-то специального проекта, а в ходе опроса свидетелей событий на Майдане правозащитниками.

— Когда и где он был презентован зрителям?

— 22 апреля фильм показали впервые в Киеве, за границей он был представлен в первые в двадцатых числах августа Бишкеке и Алматы, а 30 августа в Москве. В планах показать ленту в Грузии и Польше — на Совещании ОБСЕ по человеческому измерению.

— Почему решили начать показывать фильм иностранному зрителю со стран Центральной Азии?

— События, которые произошли на Майдане 20 февраля, к сожалению, имели немало аналогов в новейшей истории стран Центральной Азии: это и декабрьские события 1986 года в Алматы, и опять же декабрьские события 2011 года в Жанаозене, и апрельские события 2010 года в Бишкеке. И нам было важно, чтобы граждане этих стран видели, что солидарность имеет значительно больше причин, чем просто дружественные отношения.

Есть у фильма и еще одна задача — не допустить повторения этих событий, грубого и неприкрытого нарушения прав человека. Возможно, знай гражданское общество Украины больше о приведенных выше событиях, то смогло бы быть более защищенным…

Кроме того, в ходе обсуждений фильма мы узнали об опыте коллег по наблюдению за ходом расследований таких событий и теперь у нас есть перечень рисков, которые стоит предотвратить, чтобы расследование произошедшего на Майдане 20 февраля 2014 года беспредела не затянули до полной потери интереса к нему.

(Напомним, именно в этот день войска попытались жестко разогнать Майдан в Киеве, а на следующий день Янукович уже сбежал из страны. Но на полях сражений осталась «небесная сотня» — так называют майдановцев, погибших за свободный выбор своей страны).

— Какой была реакция на фильм в странах СНГ?

— Основная часть аудитории — это были активисты общественных организаций, правозащитники, журналисты. Фильм находится в открытом доступе в интернете и уже имеет достаточно много просмотров. А вопросы чаще всего начинаются с деталей расследования событий 20 февраля, а заканчиваются подробностями о функционировании Майдана.

Но самое ценное для нас в общении со зрителем — это комментарии-сравнения событий на Майдане и аналогичных событий в стране показа. Они удивляли больше, чем вопросы, потому что выяснилась некая общая закономерность происходившего, определенная порочная система, с которой нужно бороться сообща.

— Чувствовалась ли поддержка со стороны зрителей?

— Наверное, те, кто не поддерживал Майдан, просто не пришли бы смотреть фильм. А те, кто пришли, очень искренне старались показать свой интерес к нему, событиям на Майдане и поддержку украинскому гражданскому обществу.

Источник, 04/09/2014

Результаты поиска:

Выдворяли из Минска меня очень вежливо, — правозащитница

Март 20, 2017

Координатор Центра гражданских свобод Александра Романцоварассказала, как и почему ее выдворили из Минска.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБили МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Александра Романцова: Нет. Запрос мы отправляли в МВД РФ. Задача — получить от них информацию о том, вносили или не вносили меня в список, а если вносили, то кто. У них сейчас есть даже онлайн-ресурс для этого.1 марта министр внутренних дел Беларуси сообщил, что Россия подала в их общие списки 300 тыс. украинцев.

Мои белорусские коллеги предложили рассказать об этой ситуации СМИ. Но я решила, что буду поднимать эту тему, когда приземлюсь в Украине.

Я считаю, что, с одной стороны, Россия, нагребая 300 тыс. украинцев, гребла всех неугодных. С другой стороны, я думаю, что Минск выполняет проверку на то, кто въехал, а кто не въехал, именно потому, что у них такая ситуация. У них было более50 арестов.

Материал с видеозаписью размещен на сайте Громадського радио 19.03.2017: https://hromadskeradio.org/programs/kyiv-donbas/vydvoryali-iz-minska-menya-ochen-vezhlivo-pravozashchitnica

Выдворяли из Минска меня очень вежливо

Март 19, 2017

Украинскую правозащитницу, координатора Центра гражданских свобод Александру Романцову в Минске уведомили о включении в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен.

Александра Романцова рассказала в интервью Громадське радіо, как и почему ее выдворили из Беларуси.

Михаил Кукин: Вам вручили документ о том, что в Минске вы — нежелательная персона. Расскажите, как это было.

Александра Романцова: В Беларуси это был документ о том, что гражданка Украины Александра Романцова уведомлена о том, что включена в список лиц, въезд которых в Республику Беларусь запрещен или нежелателен, а также предупреждена об обязанности покинуть территорию Республики Беларусь до 16 марта. У меня был билет на 15 марта. Таким образом они даже сэкономили, потому что, если человека выдворяют, страна должна обеспечить его выдворение.

Михаил Кукин: То есть не выдворили, а просто предупредили: «Больше не приезжайте».

Александра Романцова: Да. Они очень нервничали. Спросили: «Не собираетесь ли вы остаться?» На 17:15 у меня был самолет, а на 17:30 в Минске был назначен митинг «недармоедов».

Михаил Кукин: Это массовые протесты против декрета № 3, по которому собираются привлекать к ответственности неработающих людей.

Александра Романцова: Или работающих не неофициальных должностях. Пока я сидела в аэропорту, я заметила тщательную видеообработку — «Ты хочешь быть репетитором? Ты хочешь быть тамадой на свадьбах? Вот так тебе надо об этом предупредить своего налогового инспектора. Вот так тебе надо заплатить налоги».

Михаил Кукин: Вот так зарегистрироваться частным предпринимателем…

Александра Романцова: Там нет частных предпринимателей. Я подозреваю, что мое выдворение было связано с этим в том числе. Под такими же запретами была правозащитница Мария Ясиновская из Харькова и Сергей Жадан.

Михаил Кукин: Тебе сказали, что ты в списке нежелательных лиц. Тебе объяснили, почему?

Александра Романцова: Непонятно, кто включил меня в этот список — ФСБ или МВД.

Михаил Кукин: Важно сказать, что это не они сами, это они ссылаются на Россию, говоря о том, что это союзное государство.

Александра Романцова: Да. Сначала я прилетела в Минск. Это мое первое посещение Минска. До этого я в Беларуси, в Гомеле, была в далеком детстве. Через аэропорт Минска я обычно летала в Россию. Сейчас для меня этот путь закрыт. То есть тогда я впервые вышла в Минске. Это было по приглашению ПРООН, которая проводила прекрасную презентацию результатов «Теста на гражданственность» в Беларуси, Молдове и Украине. Я там выступала экспертом и приехала в Минск на презентацию той части, которая касалась Беларуси. 14 марта, когда я приехала, я опасалась, что меня могут не пустить. Меня пустили. Я переночевала ночь и все было нормально. Но утром мы узнаем, что тираж этих исследований изъяли на границе. Организаторы отделались достаточно легко. Потому что там были и эксперты, связанные с правами человека. То есть это то, что в Минске никогда не любили. На момент, когда наша презентация уже была окончена, я подхожу к стойке регистрации в гостинице для того, чтобы выселиться. Ко мне очень вежливо, чуть ли не в формате «извините пожалуйста, не позволите ли к вам обратиться?», обращаются два молодых человека. Конечно, они были не в форме, но по ним было видно, что это сотрудники спецслужб. Я даже успела на них фыркнуть: «Подождите, я здесь закончу». Они вежливо меня подождали, а потом говорят: «Знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию?» Для понимания, последний раз в России я была зимой 2016 года, в декабре. Я проводила тренинг в Санкт-Петербурге по приглашению правозащитной организации «Гражданский контроль». Это был тренинг о правах человека и международных нормах. После этого ребята предложили всем, кто хочет, порасспрашивать меня о Донбассе и Крыме. Желающих насобиралось человек 40. Это было открытое мероприятие. Понятно, что это скорее всего привлекло их внимание. «Гражданский контроль» в России признан иностранным агентом. Кроме того, я рассказывала про Донбасс и Крым. В результате всего этого мне если не экстремизм припаяют, то какое-то неправильное отношение к целостности России.

Ирина Ромалийская: К вам подходят двое людей в штатском и спрашивают, знаете ли вы, что вам запрещен въезд в Россию. Но вы об этом не знаете.

Александра Романцова: Да. Конечно, я об этом не знала. Я спрашиваю, на сколько мне запрещен въезд. — Мы не знаем. Я выясняю причину. — Мы не знаем. Они сказали: «У нас в системе этого не видно. Просто видно, что вам запрещен въезд. Мы вас должны об этом предупредить и взять подписанные бумаги — копия у нас, копия у вас». Потом они спросили, когда я улетаю назад и не собираюсь ли я остаться. Если бы у меня не было обязательств в Киеве, я бы осталась просто потому, что они об этом спросили. Эти РУВДшники очень настоятельно рекомендовали мне в оставшееся время по территории Беларуси не перемещаться. Учитывая, что мои коллеги из Украины там еще оставались, мы приняли решение пока не афишировать это. Своим коллегам в Беларуси и России я об этом сообщила. И мы начали узнавать причину. Пока ответа нет, но скорее всего он будет стандартным.

Ирина Ромалийская: Запрос отправили в МИД?

Алекса